Выставка Свобода и глушь От Кенозерья до Поморья

Часть 1. ПОЛОТЕНЦА, У КОТОРЫХ ЕСТЬ ИМЕНА.

Первое, что меня поразило — таблички. Не скупые «полотенце, Архангельская губерния, конец XIX века», а настоящие: с именами владелиц. Мария Ивановна Трапицына, деревня Горбачиха, Олонецкая губерния. Реальный человек. Реальные руки, которые это создали.

Казалось бы, мелочь. Но именно это меняет всё восприятие. Я смотрю уже не на «экспонат», а на чью-то вещь. На то, что кто-то делал долгими зимними вечерами, при лучине или керосиновой лампе, думая о чём-то своём.

Материалы: своё и привозное

Разглядывая полотенца, я начала замечать одну закономерность — и потом долго думала о ней.

Хлопок на Русском Севере не растёт. Лён — да, свой, домашний. А хлопчатобумажные нитки для вышивки и кружева — привозные, покупные. Красители тоже. Тот яркий, почти кричащий красный, которым окрашены широкие полосы на многих полотенцах — это анилин, синтетический краситель немецкого производства, который появился в деревне как раз на рубеже XIX–XX веков. Натуральные красители так не горят: марена даёт терракотовый, ольха уходит в "коричневатость".

А вот там, где в узоре встречаются бледноватые жёлтый и зелёный — это, скорее всего, натуральное. Луковая шелуха, берёзовые листья, крушина давали теплый желтый, а во втором этапе при добавлении индиго (привозного) получался зеленый. Оттенки тёплые, «усталые», живые.

Получается удивительная картина: сами полотенца домотканые, льняные — своё. Красные вставки из фабричной или крашеной анилином ткани — покупное. Нитки для вышивки — хлопок, привозной. Крючковое кружево — тоже хлопок. И при этом техники — браное ткачество, тамбурный шов, строчевая вышивка — древние, передававшиеся из рук в руки поколениями.

Начало XX века. Деревня активно вписывается в товарный мир, покупает то, чего раньше не было. Но руки и знание — свои.

Птица из Кенозерья.

На одном из кенозерских полотенец — птица. Пава, как её называли на Севере. Красный контур, тамбурным швом, внутри — полосы зелёного и жёлтого, бледнее красного: вероятно, натуральные красители рядом с анилином. Хвост перетекает в ветки с цветами. На голове — полосатая корона.

Это очень древний образ, пришедший через иконы и лубок ещё из средневековья. Но трактовка — живая, почти наивная. Своя птица, не копия.

И торжественность здесь не парадная, не официальная — она обрядовая. Полотенце с такой птицей вешали на красный угол, использовали на свадьбах, на похоронах — оно было частью важнейших моментов жизни. Поэтому образ и несёт в себе эту серьёзность, весомость.

А традиционность — она здесь буквально многослойная. Птица-пава — это образ с очень глубокими корнями, уходящими ещё в домонгольское время. И при этом мастерица начала XX века вышивала её живо, с характером — немного свой изгиб шеи, своя трактовка хвоста. Не слепое копирование, а живая передача.

И вот что интересно: эта птица сделана хлопковыми нитками, крашенными отчасти анилином, на полотенце с фабричными красными вставками — то есть материал уже новый, а образ и намерение — древние. Мастерица, судя по всему, не думала об этом противоречии. Для неё это просто была правильная птица, сделанная лучшими доступными материалами.

Это и есть живая традиция — не музейная, не застывшая.

Строгость из Олонецкой губернии

Совсем другое настроение — у полотенца из Олонецкой губернии. Здесь нет птиц и цветов. Только геометрия: ромбы в браном ткачестве, красным по белому, и широкие синие полосы по бокам — индиго, ровное, фабричное.

Браное ткачество — это когда узор создаётся прямо в процессе ткачества, перебором нитей. Никакой схемы на бумаге. Ткачиха держит рисунок в голове, считает нити. Чёткость ромбов на этом полотенце — свидетельство мастерства, которое страшно представить.

По настроению это полотенце — как сам Север. Строгое, без лишнего. Но внутри — огромная сложность.

Лев, которого никто не видел живьём

Олонецкая губерния. Конец XIX – начало XX века. Льняное полотно, кумач, хлопчатобумажные нити, строчевая вышивка (перевитью по выдернутому полотну), вязанные кружева крючком.

Какое сложное и богатое полотенце! Здесь просто несколько техник в одном предмете. Центральная часть выполнена строчевой вышивкой — это когда из ткани выдёргивают нити в одном направлении, а оставшиеся обвивают и группируют, создавая ажурную сетку. По этой сетке и вышивают. Трудоёмко до невозможности. И вся эта тончайшая работа — белым по белому.

Именно поэтому с расстояния кажется просто красивым кружевом. Нужно подойти близко и смотреть долго.

Древо жизни и лев — это не просто декор, это очень древний символический язык. Лев в русском народном искусстве вообще отдельная история — животное, которого никто из деревенских мастериц никогда не видел живьём, но образ передавался через иконы, через лубок, через резьбу на избах. Поэтому народный лев всегда немного "неправильный" — слишком косматый, или с человеческим лицом, или именно с такой разверзнутой пастью — это его главный признак, знак силы и охранной функции.

А птичка под ним — это очень характерная деталь. В народной иконографии лев и птица рядом — это устойчивая пара, уходящая корнями в средневековые бестиарии, пришедшие через Византию.

Средневековые символы. Новая техника.

Крест на полотенце

Последнее полотенце, о котором хочу рассказать, — тоже из Олонецкой губернии. Оно отличается от всех остальных одной деталью, которая сразу бросается в глаза: в верхней части на льняной холст нашит крест. Из ткани в горошек, края не подвёрнуты, стежки видны. Грубовато — рядом с тонким браным узором и аккуратным кружевом внизу.

Это, скорее всего, не небрежность. Крест нашивался в другое время и с другой целью, чем создавалось само полотенце. Возможно, после смерти кого-то в семье — так праздничная вещь становилась обрядовой. Или это обетное полотенце: его вешали на придорожный крест или в часовню в знак благодарности за исцеление, за спасение. Тогда крест делался быстро, из того, что было под рукой. Не ради красоты — ради смысла.

Что я унесла с собой

Эта выставка — не про старину. Она про людей, которые жили сложной, полноценной, авторской жизнью в местах, куда не ходили поезда. Которые выбирали: какую птицу вышить, какие цвета взять, что спрятать в белом кружеве.

Мастерица, которая вышила полотенце со львом и связала для него шикарную кайму — не потому, что, так положено, а потому что так хотела. Это и есть свобода. Та самая, что вынесена в название выставки.

Выставка «Свобода и глушь. От Кенозерья до Поморья» работает в Большом дворце музея-заповедника «Царицыно» до 18 октября 2026 года.

Я вика, и я классно вяжу крючком и забавно об этом рассказываю.

Мой [Вязальный OnlyFans] - https://t.me/Laimes_lapsa_Life

Моя соц сеть с картинками - https://www.instagram.com/laimes_lapsa